Во что верить?

BELIEF, DOUBT AND FANATICISM

IS IT ESSENTIAL TO HAVE SOMETHING TO BELIEVE IN?

Серия «Суть жизни»

© ИГ «Весь», 2017

* * *

Предисловие

Истина освобождает, ничто иное. Все остальное порождает зависимость, порабощает. Истина не может быть найдена путем интеллектуальных усилий, потому что истина не теория, истина – опыт. Чтобы познать ее, вам придется прожить ее, но именно в этом миллионы людей ошибаются. Они считают, что если они будут придерживаться веры, это поможет им обрести истину. Постепенно они довольствуются верой, но вера не истина. Это концепция истины; как если бы кто-то установил истину в словах, священных писаниях, доктринах, догмах – как если бы слепой начал верить, что свет существует, или голодный, читая книгу по кулинарии, так или иначе верил, но при этом оставался голодным. Это не способ утолить голод.

Истина – это пища. Надо переварить ее, усвоить ее; надо позволить ей влиться в кровь, биться в сердце. Истина должна стать с вами единым целым. Вера никогда не становится вашей частью, она существует отдельно.

Вы можете быть индуистом, но индуизм остается лишь понятием. Вы можете быть христианином или мусульманином, но вера не становится органической частью вашего существа. В глубине души остаются сомнения.

Я слышал одну историю.

Титова, русского космонавта, вернувшегося из космоса, Никита Хрущев в личной беседе спросил, видел ли тот там кого-нибудь. Как гласит история, Титов ответил: «Да, я действительно видел Бога», – на что Хрущев сказал: «Я так и знал, но вы же знаете нашу политику, поэтому, пожалуйста, никому об этом не говорите».

Позже Титов встретился с Патриархом Русской Православной Церкви. Патриарх спросил, видел ли он кого-нибудь в космосе. Титов, верный данным ему инструкциям, ответил: «Нет, там никого не было». «Я так и знал, – сказал Патриарх, – но вы же знаете нашу политику, поэтому, пожалуйста, никому об этом не говорите».

Внутри вашей веры, какой бы она ни была, остаются сомнения. Сомнения в середине – вера на периферии. Таким образом, ваша жизнь в своей основе обусловлена вашими сомнениями, а не вашей верой. Вы можете быть коммунистом, но глубоко внутри вас продолжают жить сомнения. Вы можете быть католиком, христианином, теистом, но глубоко внутри остаются сомнения.

Я встречался со многими людьми, принадлежащими к разным конфессиям, сектам, но в глубине души у них были все те же сомнения. И сомнения не являются ни индуистскими, ни христианскими, ни мусульманскими. Сомнения не являются ни коммунистическими, ни антикоммунистическими. Сомнение свободно ото всего – это просто сомнение. Для этого простого сомнения вам потребуется простое доверие.

Это простое сомнение, у которого нет определения – «индуистское», «христианское», «мусульманское», – не может быть разрушено индуистскими, христианскими, мусульманскими концепциями, верованиями, теориями, философиями. Что делать с этим сомнением?

Настоящий искатель не ищет какой-либо веры для собственного утешения. Скорее, он старается найти в себе самом нечто глубинное, что будет вне всяких сомнений. Это нужно понять. Вам придется углубиться в ваше собственное существо до такой точки понимания, где сомнение остается далеко на периферии. Вместо этого люди продолжают цепляться за веру на периферии, а сомнение остается глубоко внутри. Правильно же – наоборот.

Погружайтесь глубже в ваше существо. Не стоит волноваться из-за сомнения, обойдите его. Пусть оно остается! Не пытайтесь спрятаться в вере, не будьте страусом. Взгляните сомнению в лицо – и выйдите за его пределы. Идите глубже сомнения. Затем в вашем существовании наступает момент… потому что только в самой глубине, в самом центре, есть жизнь. Как только вы добрались до этой глубинной сердцевины внутри себя, сомнение становится чем-то далеким, внешним. Его можно легко отбросить. И незачем цепляться за какую бы то ни было веру, чтобы отбросить его. Вы просто видите его глупость. Вы просто понимаете его нелепость. Вы просто осознаете, насколько разрушительными были сомнения для всей вашей жизни, насколько долго разъедали сомнения ваше существо, насколько они губительны. Просто осознание того, что сомнение губительно, что оно не давало вам праздновать, что великие возможности были упущены. Просто отбросьте его. Вы цепляетесь за веру, она не заменяет сомнение.

По-настоящему уверенный человек не опирается на веру – он просто доверяет, потому что он пришел к пониманию, насколько прекрасна жизнь. Он пришел к пониманию, насколько беспредельна, бесконечна жизнь. Он пришел к пониманию, что царство Божие внутри него. Он становится царем – не в обычном понимании этого слова, потому что царство внешнее – всего лишь царство мечты. Вы можете быть королем, но вы будете королем в колоде игральных карт или, в лучшем случае, королем Англии. Ничего особенно значимого – бесполезный, надуманный символ, ничего не означающий. Настоящее царство – внутри. И самое удивительное то, что вы продолжаете носить его внутри себя совершенно неосознанно, не догадываясь, каким сокровищем обладаете и как легко его достать – только руку протянуть.

Религия – это не поиски какой бы то ни было веры. Религия – это попытки познать самые основы вашего существа, достичь самых пород, самого дна вашего существования. Познание самого дна вашего существования и есть то, что мы подразумеваем, используя слово «истина». Она экзистенциальна. Она есть опыт.

Глава 1Вера – это не решение вопроса

Я бы хотел, чтобы вы все были гностиками, чтобы прийти к той точке переживания, где все случается за пределами слов, где язык остается далеко позади, световые годы позади, где нет возможности превратить ваш опыт в теорию.

Вы не можете сказать: «Бог есть». Вы не можете сказать: «Бога нет». Вы не можете сказать: «Я не могу говорить такие вещи». Вы можете просто молчать. И те, кто способен понимать молчание, поймут ответ. Вы можете помочь людям – это то, что могут сделать гностики, – вы можете помочь людям прийти к тишине. Назовите это медитативностью, осознанностью – это просто названия, но основное качество – это абсолютная тишина, никакого движения внутри вас, никакого волнения внутри вас. Именно в этом состоянии появляется божественность. Она повсюду. Она внутри вас, она вне вас.

Веришь ли ты в Бога?

Я не верю в веру. Это первое, что следует понять.

Никто не спрашивает меня: «Верите ли вы в солнце? Верите ли вы в луну?» Никто не задает мне этих вопросов. Я встречал миллионы людей, и в течение тридцати лет непрерывно отвечал на тысячи вопросов. Никто не спрашивает меня: «Верите ли вы в цветок розы?» В этом нет необходимости, вы можете видеть: вот цветок есть или вот его нет. Верить можно только в выдумки, но не в факты.

Бог – величайшая выдумка из тех, что создал человек; следовательно, вы должны в него верить. А зачем человеку нужно было создавать эту выдумку – Бога? В ней должна была быть некая внутренняя необходимость. У меня такой необходимости нет, поэтому не возникает и такого вопроса, но позвольте мне объяснить вам, почему людям пришлось поверить в Бога.

Одной из важнейших вещей, которые надо знать о человеческом уме, является постоянный поиск и придание смысла жизни. Если нет смысла, вдруг вы чувствуете… в таком случае, что вы здесь делаете? Зачем тогда продолжать жить? Зачем продолжать дышать? Зачем завтра утром вы должны опять вставать и делать все то же самое – чай, завтрак, та же жена, те же дети, тот же неискренний поцелуй жене. Потом тот же офис, та же работа, и снова приходит вечер, и скука, предельная скука, и снова дом – зачем все это? Ум задает вопрос: есть хоть капля смысла во всем этом или вы живете растительной жизнью?

Таким образом, человек всегда находился в поисках смысла. Он создал Бога, чтобы удовлетворить свою потребность в смысле. Без Бога мир становится случайным. Он больше не творение мудрого Бога, который создал его для вашего роста, для вашего развития или чего там еще. Уберите Бога – и мир становится случайным, бессмысленным. А ум обладает природной неспособностью жить без смысла, поэтому он создает самые разнообразные выдумки – Бог, нирвана, небеса, рай, жизнь после смерти – создает целую систему. Но это выдумка, удовлетворяющая определенную психологическую потребность.

Я не могу сказать: «Бог есть». И я не могу сказать: «Бога нет». Для меня вопрос неуместен. Это выдумка. Моя задача абсолютно иная.

Моя задача – сделать ваш ум настолько зрелым, чтобы вы могли жить бессмысленной жизнью, и жить прекрасно.

В чем смысл розы или облака, проплывающего по небу? Смысла нет, но есть такая потрясающая красота. Смысла нет – а река продолжает течь. Но так много радости, а смысл не нужен! И только тогда человек способен жить без поиска смысла, от момента к моменту, прекрасно, блаженно, просто так… Достаточно просто дышать! Почему вы об этом спрашиваете и для чего? Почему вы превращаете жизнь в работу?

Разве любви недостаточно? Надо ли вам спрашивать, в чем смысл любви? А если в любви нет смысла, тогда, конечно, ваша жизнь лишается любви. Вы задаете неправильный вопрос. Любовь самодостаточна; ей не нужен никакой другой смысл, чтобы быть прекрасной, быть радостью. Пение птиц на рассвете… какой в этом смысл? Все существование, по-моему, бессмысленно. И чем более молчаливым я становлюсь, чем более созвучным существованию, тем яснее, что в смысле нет необходимости. Достаточно уже того, что все это есть.

Не создавайте выдумки. Коль скоро вы придумали что-то одно, вам придется создать еще тысячу и одну выдумку, чтобы поддерживать первую, потому что у нее нет подтверждения в действительности.

Например, существуют религии, которые верят в Бога, и есть религии, которые не верят в Бога. Следовательно, Бог для религии не обязателен. Буддизм не верит в Бога, джайнизм не верит в Бога. Постарайтесь это понять, потому что для Запада это проблема. Вы знаете только о трех религиях, и все они произошли из иудаизма – христианство, иудаизм и мусульманство, все три верят в Бога. Но вы не знаете о Будде – он никогда не верил в Бога.

Мне вспоминается Герберт Уэллс, его высказывание о Гаутаме Будде. Он сказал: «Он безбожник из безбожников, но самый божественный». Божественный безбожник? Как вы думаете, есть ли здесь какое-то противоречие? Здесь нет никакого противоречия. Будда никогда не верил в Бога, в этом не было необходимости. Он был настолько тотально наполнен, что его тотальная наполненность стала благоуханием вокруг него. Махавира никогда не верил в Бога, но его жизнь была настолько божественна, насколько только может быть божественной жизнь.

Поэтому, когда я говорю, что Бог – выдумка, пожалуйста, не поймите меня неправильно. Бог – выдумка, но божественность не выдумка, это качество. Бог – личность, и как личность он выдумка; нет Бога, сидящего на небесах, создающего мир. Неужели вы думаете, что Бог стал бы создавать тот беспорядок, который вы называете Вселенной? Что же тогда остается дьяволу? Если кто-то и создал этот мир, это, должно быть, дьявол, это не мог быть Бог.

Но выдумка – особенно старинная выдумка, повторяемая миллионы раз, – сама постепенно начинала превращаться в реальность. Она повторялась так часто, что у вас даже не возникало вопроса, какой мир создал Бог, какого человека создал Бог. Сумасшедшее человечество… За три тысячи лет человек воевал пять тысяч раз. И это творение Бога? До сих пор человек готовится к тотальной, самоубийственной, величайшей войне. За ней стоит «Бог»?

Какие нелепые выдумки могут стать реальностью, как только вы начинаете верить в них! Бог сотворил мир – христиане считают, что это было ровно за четыре тысячи и четыре года до Иисуса Христа. Конечно, это должно было быть утро понедельника и первое января, я полагаю, потому что так сказано в Библии. Теперь есть доказательства того, тысяча и одно доказательство, что возраст Земли – миллионы лет. Мы обнаружили останки животных, пролежавшие в земле миллионы лет, и даже окаменевшим останкам человека тысячи лет.

Но что последний Папа сказал об этом? Он сказал: «Мир был создан именно тогда, когда сказано в Библии». Четыре тысячи и четыре года до Иисуса – это прошедшие шесть тысяч лет.

Все факты свидетельствуют против этого. В Индии нашли города, которым более семи тысяч лет. В Индии существуют Веды, которым, согласно объективным научным доказательствам, по меньшей мере десять тысяч лет. По мнению индуистов, им девяносто тысяч лет, потому что в Ведах упоминается определенное положение звезд, которое имело место девяносто тысяч лет назад. Каким образом это могло быть описано в Ведах, если им нет девяноста тысяч лет?

Но что сказал последний Папа. Он сказал: «Бог создал мир уже со всем этим. Он может все; он сотворил мир за четыре тысячи и четыре года до Иисуса вместе с останками животных, которым на вид миллионы лет». Бог может все! Всего одна выдумка, и вы должны ее поддерживать с помощью другой – таким образом вы можете дойти до полного абсурда. Но почему? Снова и снова человек задает этот вопрос.

Простой, совсем простой довод говорит в пользу этого. Вот глиняный горшок. Вы знаете, что он не мог появиться сам собой; должен был быть гончар. Это и есть простой довод всех этих религий: если даже обычный глиняный горшок не может появиться сам собой и нужен гончар, чтобы создать его, тогда этой безграничной Вселенной тем более нужен творец. Это удовлетворило наивный человеческий ум. Но это не может удовлетворить искушенный, здравый разум.

Если вы утверждаете, что Вселенной нужен Бог, который бы ее создал, тогда неизбежно возникает вопрос: кто создал Бога? А затем вы попадаете в замкнутый круг: Бог один был создан Богом два, Бог два был создан Богом три, а Бог три – Богом четыре и так до бесконечности.

Я не хочу выглядеть смешным. Лучше отказаться от первой выдумки; в противном случае вы сеете семена других выдумок.

Я говорю: существование самодостаточно, оно не нуждается в творце. Оно само – творчество.

Поэтому вместо того чтобы спрашивать меня, верю ли я в Творца, спросите лучше, что для меня является заменой Богу, Творцу. Моя замена – творческая энергия существования. Для меня способность к творчеству – наиболее важное религиозное качество.

Если вы сочиняете песню, если вы создаете музыку, если вы возделываете сады, вы религиозны. Ходить в церковь нелепо, возделывать же сад невероятно религиозно. Вот почему здесь, в моей коммуне, работа называется поклонением. Мы здесь не молимся никак иначе, кроме как создавая что-либо. Для меня творчество – вот Бог. Но будет лучше, если вы позволите мне заменить слово «бог» на «божественность», потому что я не хочу быть неправильно понятым. Не существует такой личности, как Бог, но существует невероятная энергия – воспламеняющая, нескончаемая, всеобъемлющая. Эта всеобъемлющая, нескончаемая, воспламеняющая энергия, энергия творчества, именно она божественна.

Я ее знаю; но я не верю в нее. Я вкусил ее; но я не верю в нее. Я прикасался к ней, я дышал ею, я познал ее самой глубиной моего существа. Она в вас в той же степени, в какой и во мне. Всего лишь взгляд внутрь, поворот на сто восемьдесят градусов, и вы познаете истину. Вы больше не будете искать веру. Только слепые верят в свет. Те, кто имеет глаза… они не верят в свет, они просто видят его.

Я не хочу, чтобы вы во что-то верили, я хочу, чтобы у вас открылись глаза; и когда вы сможете открыть глаза, зачем довольствоваться верой и оставаться слепыми? А вы не слепы. Возможно, вы только держите ваши глаза закрытыми. Возможно, вам никто не сказал, что можно открыть глаза. Будто вы, живя в темноте и в темноте, спрашиваете: «А существует ли свет?»

Я вспоминаю небольшую историю из жизни Будды.

К Гаутаме Будде привели одного человека, слепого, но слишком подверженного логике. Он был настолько логичен, что крайне надоел своей логикой всей своей деревне и деревенским старейшинам. Они не могли доказать ему, что свет существует. Вся деревня знала; все видели его, только слепой логик не мог его видеть. Но он был слишком подвержен логике. Он говорил:

– Все, что существует, можно потрогать. Принесите ваш свет – я бы хотел прикоснуться к нему. По всему, что существует, можно ударить, и получится звук. Дайте мне послушать звук вашего света, стукните по нему чем-нибудь. Если он пахнет, поднесите его к моему носу, чтобы я мог понюхать его. Если у него есть вкус, дайте мне попробовать его. Эти четыре чувства у меня есть.

Но вы не можете попробовать свет, и вы не можете извлечь из него звук, и вы не можете понюхать его и прикоснуться к нему. И слепой логик смеялся и говорил:

– Вы просто хотите доказать мне, что я слепой, поэтому вы выдумали свет. Света не существует. Вы все слепы, как и я; вы сами себя дурачите.

Будда проходил недалеко от этой деревни, и жители подумали:

– Это хорошая возможность, давайте отведем этого логика к Гаутаме Будде, возможно, он сможет помочь.

Будда выслушал всю историю и сказал:

– Слепой прав, а вы все ошибаетесь, потому что ему нужны не доказательства, а лекарство для глаз. Вы привели его не к тому человеку. Отведите его к врачу.

У Будды был личный врач, которого к нему приставил великий царь, Бимбисара, чтобы он заботился о теле Будды. Поэтому Будда сказал:

– Вам не нужно далеко ходить, чтобы найти прекрасного врача, у меня такой есть. Вы можете показать слепого ему.

Он оставил врача в деревне, а сам двинулся дальше. Через три месяца глаза слепого открылись. Он не был по-настоящему слепым, у него был только небольшой недостаток, незначительный, тонкий слой, мешавший ему видеть. Он был удален. Бывший слепой принялся танцевать. Он упал в ноги Будде и сказал:

– Если бы они не привели меня к тебе, всю свою жизнь я бы отрицал существование света, а они были бы не в состоянии это доказать.

Божественность – это не то, что можно доказать или опровергнуть. Это то, что можно испытать.

Вы будете удивлены, когда узнаете, что слово медицина и слово медитация происходят от одного корня. Медицина лечит тело, медитация лечит ваше существо; это внутреннее лекарство.

Я ощущаю божественность повсюду, потому что ничего другого не существует. Но Бога нет. И если вы хотите ощутить божественность – немного медитации, немного недумания и осознанности. Когда ваша осознанность на месте, а мысли начинают опадать, словно листья осенью, когда есть только осознанность и нет ни единой мысли, вы ощутите вкус, самый настоящий вкус на языке, – то, о чем я говорю. И пока вы его не почувствуете, не верьте мне, не верьте никому, поскольку вера может разорить вас. Вы будете удовлетворены верой и можете никогда не испытать этого вкуса.

Я как-то слышал, что президент Рональд Рейган хочет ввести минуту тишины в каждой школе, училище, институте. Идея отличная, но я не знаю, понимает ли Рейган, что это значит – минута тишины. Он, должно быть, имеет в виду просто одну минуту молчания, неговорения. Неговорение – это не тишина. Вы можете ничего не говорить, не произносить ничего, но внутри вас бежит тысяча и одна мысль. Постоянный поток мыслей, изо дня в день. Я бы хотел посоветовать президенту Рейгану сначала попробовать одну минуту молчания. Это означает, что за одну минуту ни одна мысль не пробегает по экрану сознания. Это не так просто. Это одна из наиболее сложных вещей в мире. Но это может случиться, если вы продолжите попытки.

И если это происходит в течение одной минуты, уже достаточно. Если в течение одной минуты вы можете пребывать в состоянии, когда не проносится ни одна мысль… Это было делом моей жизни – научить людей быть молчаливыми. Люди пробовали наблюдать это со стороны: даже двадцать секунд, минута – это слишком много, даже двадцать секунд они не способны оставаться без мыслей. Одна мысль бежит за другой… И даже если они смогут оставаться так в течение двадцати секунд, приходит мысль: «Ага! Двадцать секунд!» Все – пришла мысль.

Если вы сможете быть молчаливыми в течение одной минуты, вы познали это искусство. Затем вы сможете быть молчаливыми в течение двух минут, потому что это то же самое; вторая минута не отличается от первой. Вы можете пребывать в молчании в течение трех минут; все минуты одинаковы. Коль скоро вы познали путь… а этот путь не то, о чем можно вам рассказать, вы просто должны сесть с закрытыми глазами и начать наблюдать за своими мыслями. Вначале это будет великий час пик, но мало-помалу улица пустеет, все меньше проезжающих машин, все меньше пробегающих мыслей, все меньше проходящих, промежутки становятся все больше. Если человек настойчиво продолжает, за три месяца он наверняка сможет достичь минутной тишины.

Я не знаю, пробовал ли президент Рейган подобное, потому что любой человек, который отведал тишины, не будет баллотироваться на пост президента страны, не сможет быть политиком. Это не для медитирующих, это для посредственностей. Это для самых разнообразных глупцов и дураков.

Я слышал, что до того, как Рейган стал президентом, он держал у себя дома обезьянку… Я только слышал об этом, я не знаю, правда это или нет. В тот день, когда Рональд Рейган был избран президентом, один из моих американских саньясинов принес мне фотографию Рональда Рейгана с его обезьянкой и сказал:

– Сегодня Рейган объявлен президентом. Как вы это прокомментируете?

Я смотрел на картинку в течение длительного времени. Саньясин удивился и спросил:

– В чем дело? Что вас заинтересовало на этой картинке?

Я сказал ему:

– Не могу понять, кто тут Рейган, а кто обезьяна. Кто из этих двух был избран президентом?

Он рассмеялся и показал мне на фотографии Рейгана, и я до сих пор помню этот мой комментарий, что «…было бы лучше, если бы президентом выбрали обезьянку». Безусловно, Кремль сразу последовал бы примеру и выбрал обезьяну своим премьер-министром. Они не могут допустить, чтобы Америка была впереди. Одно можно сказать абсолютно точно: с обезьяной в Белом доме и обезьяной в Кремле мир будет спасен от третьей мировой войны, которая уничтожит все человечество и всю жизнь на Земле.

Политики – это обезьяны. Более того, обезьяны должны меня простить – политики хуже.

Но идея хорошая; иногда даже обезьяне может прийти на ум хорошая идея. И если Рейган именно это имеет в виду, я могу предложить людей, которые в каждом университете, в каждом колледже и школе смогут научить, как быть молчаливым. Я могу разослать моих саньясинов по всей Америке, чтобы они обучали молчанию.

Фото: Becca Tapert/Unsplash

Я спрашиваю четырнадцатилетнюю Прию, верит ли она в Бога, и она говорит:

На самом деле я не знаю, существует там кто-то или нет. Я еще не определилась, но обязательно это выясню. Иногда мама берет меня с собой в храм.

Она рассказывает без особого энтузиазма. Я спрашиваю, молится ли она.

Нет. Ну, иногда я говорю про себя что-то типа: «Пожалуйста, пусть мне поставят четверку, а лучше пятерку за сочинение». Думаю, я скорее молюсь учителю или загадочному Богу Сочинений, которого, разумеется, нет.

Более двадцати лет журналисты и ученые утверждали, что, дескать, да, американцы действительно все реже причисляют себя к определенной конфессии и ходят в церковь, но при этом они продолжают молиться и верить в Бога. Американцы не стали менее религиозными, говорили они, а просто стали реже исповедовать религию публично. Долгое время так оно и было: с 1989 до 2000 год число верующих среди молодых людей если и менялось, то незначительно.

Все изменилось в мгновение ока. В 2016 году каждый третий молодой человек в возрасте от 18 до 24 лет заявил, что не верит в Бога. Ситуация с молитвами складывалась аналогичным образом. Если 2004 году 84 процента молодых людей утверждали, что хотя бы изредка, но молятся, то в 2016 году каждый четвертый сказал, что не молился ни разу в жизни. Молодежь все реже верит, что Библия есть слово Божие: в 2016 году каждый четвертый считал, что это «древний сборник басен, легенд, историй и моральных норм, записанных обычным человеком».

Таким образом, утверждение, что американцы в душе так же религиозны, как и прежде, несмотря на то что они все реже ходят в церковь, не соответствует действительности. Все больше американцев, в первую очередь миллениалов и айдженеров, не просто отходят от традиционных религиозных институтов, а все чаще полностью отказываются от религиозных убеждений. Эти тренды никак не связаны с изменением этнического или расового состава населения, хотя в отдельных случаях они в большей степени присущи белым американцам (по данным на 2016 год, каждый третий белый молодой человек никогда не молился и только 60 процентов верят в Бога). Ослабление и исчезновение религиозных убеждений означает, что уход из религии обусловлен отнюдь не только снижением доверия к религиозным институтам; люди все чаще целиком и полностью отказываются от религии.

В школе вот-вот начнется обед, поэтому шестнадцатилетний Макс уже ждет меня в коридоре рядом со своим учебным классом. Коротко стриженные темно-русые волосы и бело-серая рубашка делают его похожим на типичного подростка из далеких 1950-х. Впрочем, увлечения у него вполне современные: все свое свободное время он тратит на видеоигры. Когда я спрашиваю, ходит ли он в церковь, Макс отвечает коротко: «Нет». На мои вопросы о вере в Бога и молитвах он дает такие же короткие отрицательные ответы. Когда я спрашиваю, знает ли он, для чего нужна религия, он говорит:

Ну, она помогает, когда люди оказываются в сложных ситуациях. Типа, как в поговорке: «в окопах атеистов нет», там все молятся. Некоторых моих друзей родители заставляют ходить в церковь, но мои родители не религиозны.
Макс, шестнадцать лет

Интересно, что даже те подростки, которые продолжают молиться, зачастую не умеют это делать или не понимают суть молитвы.

Я перестала молиться, чтобы просто поблагодарить Бога. Я молюсь только если мне или кому-то еще что-то очень нужно. Честно говоря, я вспоминаю про молитву, только когда появляются проблемы, с которыми я не могу справиться.
Тиара, семнадцать лет

Некоторые придерживаются более традиционного подхода к молитве, но все равно молятся по своему. Во время молитвы я просто разговариваю с Богом. Я не встаю на колени и не веду себя «церковно». Молитва — это сугубо личное дело.
Марли, двадцать один год

Издательство: Рипол-Классик

Многие годы вера в загробную жизнь была единственным заметным исключением из общего тренда на снижение религиозности. В середине 2000-х подростки верили в существование жизни после смерти даже чаще, чем в 1970-е. Выходит, что молодежь хочет верить в загробную жизнь, но не хочет верить в Бога и ходить на церковные службы. Впрочем, начиная с 2006 года даже вера в жизнь после смерти пошла убыль. Получается, что последние миллениалы и все айдженеры значительно менее религиозны, чем первые миллениалы, причем в равной степени это касается всех религиозных верований (молитва; вера в Бога; вера в то, что Библия есть Слово Божие; вера в загробную жизнь).

Тинейджеры стали менее религиозными и по такому критерию, как признание важности религии. В 2015 году почти каждый четвертый десятиклассник и двенадцатиклассник заявил, что религия не играет никакой роли в их жизни и абсолютно не важна для них. Вплоть до 2000 года, когда начался спад, абсолютное большинство тинейджеров утверждали, что религия как минимум «немного важна» для них. В целом можно утверждать, что айдженеры являются самым нерелигиозным поколением за всю историю США.

Тем не менее религия до сих пор так или иначе присутствует в жизни большинства айдженеров. В то же время появилось много молодых людей, которые категорически не приемлют религию: они не посещают богослужения, не молятся и не верят в Бога. В этот сегмент молодежи входит каждый шестой восьмиклассник, каждый пятый десятиклассник, каждый четвертый двенадцатиклассник и каждый третий студент колледжа или молодой человек в возрасте от 18 до 24 лет. Появление настолько беспрецедентно большого числа молодых людей, полностью оторванных от религии, вполне возможно, означает, что в недалеком будущем в Америке станет еще меньше верующих и появятся заброшенные церкви. Конечно, нам пока далеко до Европы, но мы ее уверенно догоняем.

Image caption Среди россиян в возрасте от 45 до 59 лет большинство верит в магию.

Как выяснил ВЦИОМ, более трети россиян верят в колдовство, порчу и сглаз. Еще почти четверть россиян не уверена в том, что это предрассудки. Среди женщин в колдунов верит почти половина.

Впрочем, Россия здесь не уникальна. В Соединенных Штатах, согласно опросам компании Gallup, примерно треть уверены, что можно влиять на материальный мир с помощью мысли, около 40% американцев верят в привидения, а 20% — в то, что в принципе можно поговорить с умершим.

Так что пока такие люди в нашем цивилизованном мире есть, празднику Хеллоуин, отмечаемому сегодня, ничто не угрожает.

В чем природа нашей неизбывной тяги к чертовщине и веры в сверхъестественное?

Ведущий программы «Пятый этаж» Александр Баранов обсуждает тему с психологом Валентиной Шаталиной и историком религии Николаем Шабуровым.

Александр Баранов: Колдуны, ведьмы, черти, привидения — существа, с которыми в XXI веке, казалось бы, должно быть все ясно. Можно понять людей далекого прошлого — они не понимали, скажем, почему нет дождя уже целый год. Конечно, колдун был виноват. В наше время подобные вещи наука объяснила. Не все конечно, есть вещи, которые наука еще не объяснила.

Мы не знаем, почему элементарные частицы могут находиться в двух местах одновременно, но это вопросы за пределами обыденного сознания, они людей тревожить не должны. А в обыденной жизни все уже более-менее объяснено.

И, тем не менее, люди продолжают верить в колдунов, привидения, приметы, медиумов. Волей-неволей возникает подозрение, что есть что-то такое в природе человека, что делает его предрасположенным к подобным вещам, суеверию, вере в сверхъестественное. Что-то заложенное то ли генетикой, то ли эволюцией, то ли еще чем-то. У вас есть объяснение на этот счет?

Валентина Шаталина: Какой-то ответ я смогу сформулировать на такой сложный вопрос. Мы действительно не можем объяснить, почему все колдуны, зомби, злые духи так популярны в кинематографе. Почему ужастики — это целая индустрия. Почему к теме переживания страха и ужаса нет равнодушных людей.

Где прячутся корни этих ярких, сильных, сложных чувств, и почему у них такой социальный резонанс? Как ученый, я должна сказать, что те, кто верит в абсолютную магию, имеют низкий образовательный уровень и полное отсутствие потребности разобраться в природе вещей и систематизировать имеющиеся знания и представления.

Но все не так просто. Корни имеют эволюционную природу. Наше мышление так устроено, что в случае невозможности нахождения четкого ответа и решения мы ищем свет там, где темно, странно, непонятно, и пытаемся разобраться, если решение нас очень волнует и результат очень важен, мы склонны поверить всему — чуду. Вы скрещиваете пальцы, стучите по дереву? Не выбрасываете мусор перед дорогой? Опираетесь на обыденные приметы?

А.Б.: Нет, я этого ничего не делаю. Но я сознаю, что я — исключение из правила. А по поводу темноты и того, что там в темноте, — ученые доказали, что первобытный человек должен был бояться шорохов в темноте. Скажем, один первобытный человек знал, что это листья шуршат, а другой придумывал себе страшных монстров в темноте. Первого человека съедал тигр, а второй выживал и передавал эту генетическую расположенность нам.

Мы это продолжаем делать, хотя для нас это не так жизненно важно уже. Как историк религии, вы как смотрите на эту предрасположенность человека, и есть ли она в натуре человека?

Николай Шабуров: Мне трудно говорить о том, насколько это заложено генетически, не исключено. Но я не думаю, что современная жизнь менее сложна, более понятна для большого числа людей, нежели жизнь первобытного человека. Мы очень много знаем про природные явления. Наука нам открыла, почему долго нет дождя, и многие другие сложные вещи.

Но можно согласиться с Марксом, что гораздо более важную роль играют социальные факторы. Наша социальная жизнь не менее иррациональна, чем жизнь природная, как она была у первобытного человека.

А.Б.: Что вы имеете в виду? В современном мире имеется гораздо больше инструментов, чтобы решать свои проблемы. Не только чтобы выжить, но и собрать урожай, не надо прибегать к потусторонним силам, чтобы завтра поесть. Но эта тяга, эта вера существует в самых различных формах.

Н.Ш.: Но остаются войны, остается социальное неравенство, тирания, насилие. В человеческой жизни, в том числе в общественной, очень много иррационального. Вроде бы с прогрессом человечество идет по пути рационализации, но все равно, эта сфера нерационального остается. И человек, особенно в нашу эпоху глобализации, когда жизненные обстоятельства меняются, образ жизни изменился на протяжении одного поколения. Человеческое сознание за этим не успевает.

А.Б.: Вопрос еще в том, где эта иррациональность сидит. Действительно наша жизнь иррациональна, или наше сознание воспринимает ее так? Часто то, что мы не можем понять, не способны понять, — мы не можем согласиться с тем, что мы это не понимаем, ищем объяснения и приходим к иррациональным объяснениям. Разве этого нет?

Н.Ш.: Наше сознание — это тоже часть жизни. Ответить на вопрос, иррациональна ли жизнь, или иррациональность коренится в подсознании, невозможно. Я не готов. Мне кажется, наша жизнь и сознание связаны друг с другом неразрывно. По-прежнему очень значительные вещи от нас не зависят. Мы — объект воздействия каких-то глобальных сил. Это гораздо более силы сейчас социальные, нежели природные, но это не меняет сути дела. Человек себя ощущает столь же некомфортно. Нельзя сказать, что сейчас уровень страха понизился.

А.Б.: Страхи стали другими, но они существуют.

Н.Ш.: Но они не в меньшей степени воздействуют на сознание человека.

А.Б.: Может быть, современный человек, несмотря на весь комфорт, когда страхов нет, начинает их для себя искать, когда волнений нет — о чем бы поволноваться. И жизнь для современного человека кажется иррациональной, полной непонятного, и человек тянется к объяснению.

В.Ш.: Как психологу, мне хотелось бы развести общие социальные тенденции, то, что нельзя не заметить глазом, с индивидуальными проблемами человека, который верит или не верит в эту мистику. Исследования ВЦИОМ, которые опубликованы, мы видим разницу, как это воспринимают мужчины и женщины, разницу по возрастным группам. Самая восприимчивая к мистике, порче, сглазу группа — 45-60 лет.

А.Б.: А наименее восприимчивая — либо молодежь, либо те, кому за 60. Молодежь понятно. А почему менее восприимчивы те, кому за 60? Потому, что они выросли в СССР, или по каким-то другим причинам?

В.Ш.: Это связано исключительно с возрастными особенностями. Это совершенно замечательный возраст, особенно в нашем веке. Человек в этом возрасте опирается на прожитый опыт, умеет им распорядиться, умеет управлять своими эмоциями, понимает пределы своих волевых усилий. Он более рационально распоряжается собой.

А потребность в мистике возникает, когда у нас низкая самооценка и нет реального способа ее вырастить. И мы компенсируем ее через то, что верим в примету, магические пассы экстрасенсов.

Я вспоминаю 90-е годы, когда приходилось консультировать большое количество молодых бизнесменов в России. Люди приходили и искали экстрасенса, садились в кресло пассивно и говорили: делайте со мной что-нибудь. Экстрасенсы были более высоко оплачиваемы, более популярны и действительно здорово помогали людям.

У человека большая потребность концентрироваться и на что-то опираться. А экстрасенс, цыганка, гадальщица чувствует этот момент и помогает человеку поверить в себя, в то, что сбудется то, что ему так необходимо, что у него получится. Эта дополнительная энергетика в огромном количестве случаев помогает человеку, и не только в СССР.

Посмотрите на гомеопатию. Человек приходит за помощью, дополнительной поддержкой — кроме таблетки, врачебного вмешательства, ему нужно что-то еще. Ему предлагают целый спектр разных практик — работа с дыханием, умение управлять своими мышцами, йога, пилатес или что-то еще. Другое дело — спиритуал хилинг или александер текник.

А.Б.: То есть вся эта чертовщина работает.

В.Ш.: Ты должен поверить, что тебе это поможет. И, если прикосновение дает ему внутренний покой, равновесие, баланс — это поиски нашего «я». Балансирование между своими страстями и внешним миром. И если мы слабы, мы ищем поддержку в мистике.

А.Б.: А почему не на всех это действует? Есть люди, на которых это совершенно не действует. Даже если человек допускает какие-то экстрасенсорные возможности, это не значит, что кто-то может изменить свою жизнь, помочь, продемонстрировав какие-то фокусы. А про колдунов вообще говорить нечего. Есть люди, которые мыслят сугубо рационально.

В.Ш.: Хотела бы посмотреть на этих людей. Это достаточно сильные натуры, которые привыкли опираться на свой опыт, перепроверять себя. У них рациональное логическое мышление, они не боятся неуспеха, плохой оценки. Его не ранили в детстве, не говорили «ты ничтожество», как это принято в некоторых культурах, когда младший по статусу в родовой цепочке всегда плохой, потому что маленький.

А.Б.: Я далекий от психологии человек. Но у меня есть доморощенная теория, почему некоторые люди верят в сверхъестественные вещи, а некоторые нет. Вы, как специалист по детству, — я с вами проконсультируюсь.

У ребенка существует дуалистическое сознание — он относится к жизни как к игре, и это помогает ему осваивать мир. Ребенок может одновременно точно знать, что Деда Мороза нет, что подарки покупают родители, и тут же верит, что Дед Мороз есть, он беспокоится, что труба узкая, Дед Мороз в нее в этом году не пролезет и он подарка не получит.

Проходит время, ребенок взрослеет и должен решить, есть Дед Мороз или нет. И есть три варианта ответа — один, когда взрослый человек говорит, что Дед Мороз есть. Это тяжелый случай, мы его рассматривать не будем.

И два других: Деда Мороза нет — рационально мыслящий человек, скорее всего, нерелигиозный, и не верит в колдунов. И есть люди, которые отказываются отвечать на этот вопрос. И они продолжают жить с детским дуализмом сознания. Они верят и не верят в колдунов, они легко могут быть религиозными, они ищут смысл жизни там, где его нет, и прочее.

В.Ш.: Вы затронули непростой сюжет, связанный с детством и тем, что ребенок вырастает из детства. Что некоторые сохраняют в себе ребенка, может быть хорошим, добрым знаком, показателем креативности, потому что ребенок способен увидеть неожиданные связи между обыденными вещами. И такой человек может быть очень успешным творческим взрослым.

И если он не хочет отвечать по поводу Деда Мороза, он может скрывать наивное ощущение, что чудо существует. Как бы мы ни были прагматичны, нам хотелось бы верить, что доброе начало побеждает злое — а это чудо. Что сильный и мужественный человек будет впереди трусливого и подлого — и это тоже чудо. Это очень сложная система наших морально-этических представлений о жизни.

И в каких условиях существуют наши дети, что мы им все время уменьшаем границы наивных добрых представлений о жизни и вводим все больше прагматических характеристик, которыми они очень легко манипулируют. Или придется переходить в область патологии, когда человек настолько тревожен, что не может существовать в современном мире, угнетен им.

Это страх безработицы, одинокой старости. Любые наши социальные проблемы можно перевести в эту плоскость. Так что, если ваша теория удобна для видения мира, разделения людей на категории, она может существовать.

А.Б.: Какова корреляция между религиозностью, верой, принадлежностью к определенной официальной религии, и суевериями? На этот счет есть совершенно разные мнения, результаты опросов.

Н.Ш.: Какая-то корреляция есть. Религия предусматривает веру в сверхъестественное, санкционирует ее. Если человек признает сверхъестественное, то может и признавать такие его формы, как колдуны и так далее. Но не надо принимать это слишком примитивно.

Многое зависит от уровня образования. Многие современные религии — довольно сложные системы, в том числе интеллектуальные, в которых есть специфическая рациональность. Образованные верующие люди вряд ли особенно будут верить в колдунов, ведьм, заговоры и так далее.

С другой стороны, необразованные люди, не принадлежащие к какой-либо религии, тоже могут быть в плену разного рода суеверий. Более того, для них христианство и вера в заговоры и колдунов лежат в одной плоскости.

А.Б.: Кто-то еще в позапрошлом веке сказал, что русский крестьянин не может отличить черную кошку от апостола Павла.

Н.Ш.: Я не стал бы разделять индивидуальные особенности человека и социальный аспект. Для меня человек в значительной степени существо социальное. И неслучайно экстрасенсы стали так популярны в 90-е годы — эпоху нестабильности и перемен, которая для многих была дискомфортна. И как реакция на это — увлечение экстрасенсами и подобными вещами.

А.Б.: То есть вера в колдунов и все такое — симптомы социальной болезни общества, которое не может дать человеку нормального, обычного выхода решения его проблем?

Н.Ш.: Если говорить о современном развитом обществе, думаю, да. Но общество обществу рознь. Человечество прошло большой путь. Я не готов назвать средневековое общество больным. Это общество с такой структурой, в которой такие вещи играли большую роль.

Но такой исторический феномен, как охота на ведьм, на самом деле имела место не в эпоху классического средневековья, а когда начал происходить слом традиционного средневекового сознания. Это XV-XVII века, то, что мы называем эпохой Ренессанса. Это реакция на перемены, вторжения иррационального начала, в очень тяжелых формах.

Эта охота унесла десятки, а то и сотни тысяч человек, и это было симптомом кризиса, болезненности общества. До этого в колдунов верили, но не было такого страха, представления, что все вокруг полно зловредными сатанинскими силами, которые пытаются загубить христианский мир.

Эти вещи очень связаны с конспирологией — секуляризованной псевдорациональной верой в колдунов, заговор, нечистую силу и так далее. Валентина говорила о гендерном и возрастном аспекте.

У нас нет достаточных данных, чтобы оценивать, что в этом плане имело место в средние века, но само название характерно — охота на ведьм. Женщины явились в гораздо большей степени жертвами этой кампании, но, возможно, и в большей степени были подвержены суевериям. Это тоже очень интересный вопрос.

А.Б.: Вы как психолог видите положительную сторону в творческой стороне — человеку помогают жить экстрасенсы, вера в чудо и так далее. Но все это основано на обмане. Где вы проводите грань, где это помогает человеку, а где становится опасно?

В.Ш.: Это очень сложный вопрос. Мы говорим об эволюционном страхе перед неизвестным, и этим страхом можно манипулировать. Мы видим множество примеров, о которых только что говорили, что СМИ и другие институты могут легко это использовать в своих прагматичных целях.

Если человек стар, немощен и к нему приходит знахарка, которая уводит его от реального лечения? Помните, как заряжали воду и все такое? Это — безусловное зло. Но человек без веры — очень печальное создание. Именно опираясь на веру, он может сделать что-то по отношению к себе и другим.

Загрузить подкаст передачи «Пятый этаж» можно .

Такие сообщения часто приходят мне в WatsApp. От обилия негодующих восклицательных знаков в каждом предложении откровенно рябит в глазах, на мгновение чувствую себя еретиком наоборот.


А вот тех, кто считает новую коронавирусную инфекцию очередным масонским заговором можно смело называть COVID-диссидентами. Это люди, которые в принципе не верят тому, что исходит из уст правительства и как-то нарушает их привычный уклад жизни: не дает беспрепятственно ездить на шашлыки и просто чувствовать себя свободным гражданином свободной страны.
17 Апреля 2020 Краснодарец Анатолий считает, что коронавируса не существует, а «эпидемия нужна, чтобы людей на бабки разводить». Главный его аргумент — это статистика умерших в Италии: мол до появления коронавируса там по разным причинам умерло столько же людей, сколько сейчас от вируса.
По его словам, патологоанатомы подделывают свидетельства о смерти, чтобы сеять панику. То же самое происходит по всему миру и в России. «Разве проблема подделать пару тысяч свидетельств от смерти?» — говорит мужчина.
По данным анонимных социологических опросов сайта salik.biz, 32% россиян думают, что пандемия — это спланированный шаг политических и экономических элит отдельных стран, а 39% опрошенных воспринимают вирус как биологическое оружие. То есть сидели где-то вместе (а может, просто переписывались в общей группе WatsApp) лидеры экономических элит отдельных стран и думали, что бы эдакое придумать, чтобы нарушить миропорядок, показательно обрушить парочку сильных экономик (в том числе и свою собственную).

С биологическим оружием неувязочка: против кого оно направлено? Против своего народа?
В коронавирус верить не нужно, это не религия. Нужно верить фактам: по данным на 23 апреля в России почти 63 тысячи зараженных во всех регионах страны, 555 человек скончались.
Что это? Чья-то глупая затянувшаяся первоапрельская шутка? А может, биологическое оружие, которым старательно подчищают население России? Теории заговора, иллюминаты, масоны, вечное стремление найти во всем какую-то угрозу и подоплеку — некоторые люди сознательно создают у себя в голове причины, по которым все непременно должно быть плохо.
— Отрицание коронавируса связано со стрессом из-за опасности и финансовых проблем, в частности потери работы. Так же как первая стадия принятия смерти — это отрицание, отрицание коронавируса срабатывает у многих людей в самом начале, — говорит эксперт по конспирологии Илья Яблоков.
Судя по опросу ВЦИОМ за 2018 год, 67% россиян считают, что человечеством управляет мировое правительство, в которое входят западные политики и олигархи. А в 2014 году цифра была ниже — 45%. Тогда в эту версию верило 51% опрошенных среди людей с высшим образованием и 53% среди обеспеченных людей. Социолог Алексей Левинсон считает, что слепая вера в теории заговоров появляется, когда человек бессилен.
— Если ты целиком зависишь от всего и вся, как, например, современные пенсионеры, то возникают идеи заговора. Если есть ощущение, что ты хозяин своей жизни и происходящего вокруг, то изобретать внешние силы, которые тебе неподвластны, не нужно.
А может быть и так, что отрицая не слишком хорошую действительность, человек пытается таким образом спасти себя от негатива и сохранить веру в лучшее, это из разряда, если не смотреть на солнце, можно считать, что его нет.
— Нормальному человеку никогда не придет в голову обвинять власти в том, что коронавирус — это их очередной манифест против простых людей, — говорит бывший учитель истории Людмила Василенко. — Желание сильных и богатых ободрать слабых и бедных как липку, принять под шумок кучу непопулярных законов. Гражданам все равно не до этого. Они спасают свой семейный бюджет от коронавируса, а психику — от самоизоляции. Это как нужно не доверять государству и не владеть ситуацией в целом, чтобы так считать? И меня всегда так раздражают вопросы в разных интернет-сообществах: «народ, у кого-нибудь знакомые умерли от короны? Похоже не разводку»… Народ не должен безмолвствовать, это правда. Люди должны выражать свое мнение и быть услышанными. Но кроме этого, заботится о своей безопасности и о здоровье своих близких.
Предрассудки не должны подавлять инстинкт самосохранения, который заложен в нас природой. Да, тяжело терять работу, тяжело быть пленником в собственном доме и смотреть на весну из окна. Но коронавирус, к сожалению, не мистификация.
В эти дни во Владикавказе проходят митинги против самоизоляции. Возмущенные «домашним арестом» горожане пришли на главную площадь, чтобы выразить протест, в том числе и против политики местных властей. И местная журналистка Тамара Кадиева опубликовала у себя в Инстаграме пост, посвященный этом событию.
С ней трудно не согласиться. Именно сейчас, в момент, когда нужно сплотиться и быть единым целым, нам все-таки не хватает ответственности.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *